Бога надо славить всегда!

Опубликовано 12 Июня, 2020 | Просмотров: 199

Дайнеко Аркадий и Фаина, женаты 57 лет. (На момент написания истории 2016г.).




Дети: Анатолий, Василий, Геннадий.

После войны 1941-1945 годов был голод, в деревне было очень сложно выжить, поэтому Фаина уехала в город. Работала на заводе, жила в бараке. Аркадий часто приезжал к своему брату, который жил по соседству с Фаиной. «Девушек вокруг было много, но я ее высмотрел и сразу полюбил. Она была очень красивая, разумная, характер спокойный», - вспоминает Аркадий. В 1959 году молодые люди поженились. Свадьбы никакой не было, просто пошли в ЗАГС и расписались. Поэтому и фотографий свадебных нет. «Жили мы в бараке очень долго, в маленькой комнатке впятером, но дружно жили. Трёх сынов растили. Работали на заводе посменно. На работу от дома было долго добираться, а по дороге надо было еще младших в школу и в садик завести. Толя, старший сын, в 4 года переболел менингитом, потом у него опухоль мозговых оболочек образовалась, на всю жизнь инвалидом стал. Было трудно, но мы в семье всегда друг другу помогали. Аркадий обед готовил, если надо было. Когда я работала, он и кашу сварит и щи, и детей накормит, и продукты купит. Он хороший муж, - с благодарностью говорит Фаина, - В то время надо было выполнить норму и сидеть, ждать, когда смена кончится, только потом можно было домой уйти. И никого не отпускали раньше. А меня отпускали, жалели».

«Немцы автоматы на меня наставили. Думаю, ну всё, конец пришел. Достал из сумки Евангелие, выставил вперед, имя Иисуса призываю. Они посмотрели, поняли, что за книга, и отпустили меня»

Про Бога в то время говорить было не принято. Даже вспоминать Его было не принято. За веру могли в тюрьму посадить. Но у Аркадия был брат Василий, который уверовал в начале Великой отечественной войны. «Бог очень сильно его коснулся. Вася где-то достал Библию и читал её день и ночь. Батька стал гневаться на него: «На полях надо идти работать, а он все читает, работать ему некогда». В церковь за 20 километров от дома брат ездил. Кое-где еще тогда церкви работали. Однажды он шел по тропинке в лесу и на немецкую засаду наскочил. Рассказывал потом: «Немцы автоматы на меня наставили. Думаю, ну всё, конец пришел. Достал из сумки Евангелие, выставил вперед, имя Иисуса призываю. Они посмотрели, поняли, что за книга, и отпустили меня». И еще пару таких случаев было, когда немцы его отпускали, когда он им Писание показывал. Он посещал вдов, нес им Слово Божье. После войны Вася 5 лет отсидел за веру. Ему дали 10 лет, но отсидел он пять. Когда брата моего арестовали, меня вызывали на допрос, корили за то, что я не переубедил его. Но я говорил, что верующие – это особый честный народ. И никакого вреда от них нет. Защищал брата как мог. Рассказывал, какие добрые дела он делает. Но Василия все равно посадили. Он много за веру претерпел, как апостолы. А я тогда был неверующий. Мы с батькой ездили к Васе в тюрьму на посещение. Там начальник жаловался, что брат послушный, специалист хороший, но по воскресеньям на работу не хочет ни за что выходить, и его за это под конвоем держали, наказывали так. Батька защищал Васю, говорил, что он не преступник какой-то, что воровал или совершал убийство, он же за Слово Божье сидит. А в Библии сказано: 6 дней творите дела, а потом отдохните. Начальник все понял, с Василия конвой сняли и отправили в Сибирь отбывать срок», - делится воспоминаниями Аркадий.

Фаина: «Василий много рассказывал о Боге, как приезжал в гости. В конце семидесятых годов дал нам Библию. Тогда это была очень большая редкость. Книгу эту нигде нельзя было купить. Я ее за месяц прочитала. Бог ко мне как будто прикоснулся. Радиоприемник мы слушали. Там много передач зарубежных было, где про Бога рассказывали. Мы уже водку почти перестали пить. На Новый 1980 год даже бутылку не выпили, дня три ее допивали. Сердца наши уже были готовы принять Бога».

Сердца наши искали Бога

Аркадий: «На заводе со мной в цеху работал один баптист. Он нам всем о Господе много рассказывал. У него было такое сердце, что я с ним как с родным братом говорил, он всегда откликался на любые нужды, молился за меня. Я иногда ходил с ним в церковь. И Фаина ходила. Сердца наши искали Бога».

Накануне Пасхи в 1980 году в гости к Аркадию и Фаине приехала Катя, жена Василия. Весь вечер супруги рассказывали о том, что их отношения с Богом находятся в каком-то тупике, они не знают, куда и как правильно двигаться дальше. Катя долго их слушала и сказала: «В церковь вы ходите, только Духа Божьего не понимаете. А когда уже сердцу нет дальше пути, надо искать выход». Катя приехала на открытие первого молитвенного дома в Минске и пригласила Аркадия и Фаину пойти вместе с ней. «Я стоял там, и когда каялся, и потом, я был как на небе. Такая радость внутри меня была, я просто весь горел, по лицу словно пламя гуляло, Божий огонь. Я тогда сказал Фаине: «Вот здесь наше место». И мы стали ходить на служения, изучать Писание», - вдохновенно вспоминает Аркадий.

А тут Господь словно вошел в сердце. В душе наступил мир

«Я раньше ходила в разные церкви. На исповеди ходила, иконы целовала, на всенощные ходила, свечи ставила. Но это как-то почти не доходило до моего сердца. Я очень многого не знала о Боге. Что Он живой, действующий, Он всегда со мной. А тут Господь словно вошел в сердце. В душе наступил мир» - рассказывает Фаина.

«Но власть тогда старалась искоренять верующих, иногда кого-то хватали прямо в молитвенном доме, какие-то люди стояли, записывали фамилии всех, кто приходил на служение, - вспоминает Аркадий, - И со мной беседовали представители власти. И не раз. Но это не ослабляло жажды по Богу. Мы укреплялись и очищались. Раньше я самогонку гнал, а как уверовал, в шкафу бутыль держал для гостей. Сами мы перестали употреблять. И курить я бросил. Однажды на служении говорили: надо очищать свои квартиры от всего нечистого. Мы тогда много чего из дома выкинули, а потом вдруг Толя подходит и говорит: «Папа, а там, в шкафу что стоит?» И на самогонку показывает. Так Господь обличил меня через больного сына. И эту нечисть выбросили».

Аркадий работал слесарем в литейном цехе 25 лет. Потом перешел на другую работу. Он всегда трудился очень добросовестно. Как для Бога. Даже когда еще неверующий был. На работе ему постоянно выносили благодарности за труд на совесть. Он и не мог по-другому. «Я даже когда снег возле церкви зимой расчищал, старался очень ровненько дорожки сделать, чтобы не скользко было. А то, думаю, будет идти какая-нибудь старушечка, упадет, не дай Бог, - признается Аркадий, - Это очень ценили в церкви, пастор всегда меня благодарил, говорил, что сразу видно, кто из братьев дорожки чистил. Когда церковь строили, очень много помогал. Я не считал, что это не мое дело. Делал, когда видел, что надо делать».

После 60 лет Аркадий заболел сахарным диабетом в тяжелой форме. Началась гангрена на одной ноге. Ногу отняли. Но, даже лежа в больнице, после операции, он всегда свидетельствовал людям о Боге.

«Не имеешь права так говорить в общественном месте!» А я отвечал, что «Со всеми призывающими имя Господа нашего Иисуса Христа, во всяком месте, у них и у нас: благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа!»(1-е Кор. 1:2-3)

Аркадий: «Когда выходил на прогулку на костылях, подходил к каждому, кого видел, кто на скамейке сидел, свидетельствовал. Я люблю рассказывать о Боге, о Его величии и славе. На Пасху, когда ехал в транспорте, всегда восклицал трижды «Христос воскрес!» Люди обычно поддерживали, отзывались, а однажды старичок какой-то на меня в автобусе дурным голосом рявкнул: «Не имеешь права так говорить в общественном месте!» А я отвечал, что «Со всеми призывающими имя Господа нашего Иисуса Христа, во всяком месте, у них и у нас: благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа!»(1-е Кор. 1:2-3) Надо свидетельствовать о Боге везде, где только можно. На всяком месте призывать имя Господа и убеждать, что Господь был распят и вновь грядет!»

Через несколько лет у Аркадия началась гангрена на второй ноге, ее тоже ампутировали. 10 лет он живет без ног. «Но церковь посещал и посещаю. Когда еще только одну ногу отняли, сам мог добраться на транспорте, и братья подвозили. Мы на 9-м этаже живем, иногда, бывало, лифт не работал. Так на одной ноге было сложновато спускаться и подниматься по лестнице. Надо было очень точно рассчитать каждое движение, чтобы не упасть. Но я никогда не опаздывал на служения. И сейчас меня братья возят в церковь, никто никогда не отказывает, - благодарен Аркадий, - Но когда мне вторую ногу отняли, было на душе очень тяжело. Я думал, как меня люди в церкви примут? Калека. Безногий. На коляске. Даже смотреть неприятно. Я так думал. Когда приехал в церковь, меня обнимали и целовали и сестры, и браться. Как пчелы облепили меня. И пастор меня уважает, лобзанием приветствуется. Говорит, что любит и уважает».

Я на одной ноге пол мыл в комнатах, и от лифта до входных дверей протирал пол.

Аркадий, даже передвигаясь по квартире на коляске, старается, чем может помочь жене. «Иногда вижу, что она пошла куда-то по делам, и не быстро вернется. Сейчас у нас все уже не быстро. Я картошечку почищу, супчик сварю или еще что. Но вот поджарку у меня делать не получается, – улыбается Аркадий, - это только она может. Мы как моложе были, служили много. Была домашняя группа у нас года два. Я на одной ноге пол мыл в комнатах, и от лифта до входных дверей протирал пол. Такое уважение у меня было к народу Божьему».

«Бог милостив к нам. Однажды на работе в цеху бетон выжигали, что-то не так сделали, и прямо стена пламени поднялась и пошла на нас с женщинами. Бежать было некуда, мы у противоположной от двери стены стояли, - с волнением вспоминает Фаина, - Мы должны были или сгореть, или очень сильно обгореть. Тут Господь мгновенно напомнил слова из книги Даниила, я подняла руку и громко возгласила: «Огонь не будет иметь силы над нами, и волосы не будут опалены и одежды не изменятся!» (Даниила 3:94). И Господь свершил чудо. Огонь рядом с нами остановился, ожогов ни у кого не было, и одежда не загорелась. А вот во время войны такой был случай. Жители одной из деревень, неподалеку от нашей деревни, решили разобрать небольшую церковь, старую, сделанную из очень хорошего смолистого дерева. Надо это было для того, чтоб сделать из бревен «смолячки» - такие лучинки, которыми освещали дома по вечерам в то время. Разобрали. И скоро эту деревню немцы пришли и спалили вместе со всеми людьми. Многие тогда говорили, что все так стало, потому что церковь разобрали. Осветились жители».

Такую жену как моя Фаиночка поискать надо.

Аркадий и Фаина много лет активно работали в церкви. Он занимался душепопечением, она помогала. «Такую жену как моя Фаиночка поискать надо, - гордится Аркадий, - Добрая она. Всегда со мной рядом была. Мы ходили к нуждающимся в помощи старушкам, убирали у них в домах, подметали, еду варили. 4 старушки досмотрели, на кладбище сопровождали их. Я слово говорил на могилках».

Фаина: «Бывало, кто-то из сестер тяжело заболевал, инсульт случался, лежачий человек, сам ничего не может. А дети с жестоким сердцем выросли и не хотели помогать матери. Я больницы посещала, подмывала таких сестер, кормила. Разговаривала с ними. А, если рядом еще женщина лежит, и к ней никто не приходит, я и ее помою, поговорю с ней. Это так нравилось работникам больницы, что они мне говорили: ну вы и завтра приходите. Одна наша сестра в церкви, Мария, очень пожилая, одинокая, без жилья осталась. Мы ее к себе домой забрали. Думали, быстро получится ее в дом престарелых устроить. Но она очень долго у нас прожила, пока всё устроилось. Всякое бывало. Сейчас тяжело стало. Ноги мои очень болят. Иду, как босиком по битому стеклу ступаю, так болят ноги. И на кого обижаться будешь? Как помолюсь с пастором, так ничего не болит какое-то время. А потом все снова начинается. Старость. Но, живы, и Слава Богу! Толик наш больной, с нами живет. Гена и Вася хорошо устроены, работают. У нас три внучки. Геннадий читает Библию, мы с ним говорим о Боге. Но у него жена очень противится тому, чтобы он начать в церковь ходить. Я говорю сыну, дай пример сам, жена за тобой пойдет. Дети нас жалеют, помогают, мы в магазин не ходим. Бывает, говорю с сыном, что надо идти что-то купить, а он: «Мама не ходи в магазин. Посиди на скамейке. Приду, схожу». Сил не хватает. Я иногда даже злюсь на себя. Думаю: сходи, у тебя же ноги есть! И в церковь все равно хожу, вместе с Толиком. Он очень любит давать пожертвования. Просит, чтобы ему побольше денег дали, чтобы в корзинку положить. Слава Богу, пенсию платят, нам всего хватает и десятину есть с чего отдать. Сестра Ольга из церкви нам очень помогает. Она и окна помоет, подметет, и все так чистенько, аккуратно делает. Говорит: не могу по-другому. Сестра Оксана посещает нас, помогает. Сестра Люба приходит, специально нашего дедушку купать, она умеет. Это не так просто сейчас. Я радуюсь теперь, что утром встаю живая, а то давление скачет, ноги болят. Таблетки пью. Молюсь. Знаю, как Бог все устроит, так и будет».

У меня нет обиды на Господа за то, что я остался без ног.

«У меня нет обиды на Господа за то, что я остался без ног. В Писании же говорится: «Господь кого любит, того наказывает…» (Евреям 12:6). Случаются, конечно, разные искушения, когда хочется пороптать. Но я всех люблю, за всех молюсь и всем сострадаю. Бывает, иногда, звоню кому-то из знакомых по телефону и, если не туда попадаю, начинаю свидетельствовать о Боге. Кто-то бросает трубку, а иногда люди подолгу слушают и потом благодарят. Мы с Фаиночкой сейчас любим посидеть, повспоминать юношеские годы. Как годовались трудно. И я и она. Вспоминаем, плачем, друг на друга смотрим. Мне было 4 годика, когда мама умерла. Батька так и не женился, один поднимал семерых детей. Он нас очень жалел, голодные мы никогда не были. Хоть голод был после войны, но он добывал кусок хлеба нам. Девок замуж поотдавал. Я младший был и остался уже я только один из всех», – размышляет о пережитом Аркадий.

Фаина рассказывает о своем: «И мы в деревне жили, детей в семье было трое, три сестры. Я была совсем малая, когда отец умер. Мама нас одна поднимала. После войны в деревне было голодно, работы не было. Поехала в город, чтобы выжить. Тут свою судьбу нашла. Нам уже сегодня 88 и 85 лет».

А я люблю воздеть руки к небу и говорить: поднимай взор к небу и руки твои!

Аркадий: «Я всегда молюсь за всех громко. А Фаиночка моя слабенькая сейчас, она не может молиться громко. Шепотом молится. А я люблю воздеть руки к небу и говорить: поднимай взор к небу и руки твои! И Бог наполнит уста славословием! Господи, приготовь мое сердце чистое, наполни светом Своим!»


сентябрь 2016 года

●  История
●  Основы вероучения
●  Служители
●  Прихожане
●  Молитвенные нужды